Чупинские промыслы

10 сентября, Михаил Каталов, Москва

Наша автомобильная колонна, под завязку набитая рыбой и изделиями с морошкой неспешно движется в Москву, так что самое время рассказать вам о своем исследовательском проекте.

Я взял важнейшую тему — промыслы. Мне хотелось выяснить, что в Карелии самое вкусное\дорогое\ликвидное\необычное и попытаться описать это. Несмотря на то, что проблематика не нова, я открыл для себя множество неочевидных вещей, пообщался с самыми разными людьми и чувствую, что финальный отчет выйдет что надо. С вами же поделюсь выдержками из своего полевого исследования.

Если очень коротко –– в этом году ничего ни у кого нет. Из-за холодного лета в минувший сезон количество грибов и ягод резко сократилось.

Рыбалка, ягоды и грибы — традиционные карельские и поморские промыслы, ими занимаются уже очень давно, и мало что поменялось в процессе добычи и сбыта.
Эти три категории являются основными и для современной Чупы, люди не просто ходят в лес «по грибы, по ягоды», а часто продают их. Но у каждого из промыслов есть свои особенности: грибы, например, являются самым невостребованным товаром, так что преимущественно собираются для себя.

Как и положено поморам, чупинцы ловят как на удочку\спиннинг, так и на сети. В основном ловят опять же для семьи, но часто можно встретить практику бартерного обмена товара на услугу (одна респондентка отмечала, что чистит сети от рыбы, и в качестве вознаграждения забирает что-то себе). Продажи рыбы как таковой нет: в магазинах рыба привозная, очень редко можно встретить чупинскую в отдельных торговых точках, на еженедельной ярмарке её также нет. Местные жители уже знают рыболовов, которые часто ходят в море, и напрямую заказывают нужный объем и породу рыбы. Так что открытой возможности полакомиться чупинской треской, к сожалению, или к счастью местных, нет.

По сравнению с вырубкой леса и рыбной ловлей, промыслы практически не регламентируются. Ягоды и грибы, собираются кем, где и как угодно, хотя конкуренция на болотах рядом с Чупой весьма высокая.

Ягоды — это самый прибыльный, поэтому и самый востребованный товар. Килограмм морошки (знаменитой северной ягоды) можно продать по 600 рублей, черника идет чуть дешевле — 300\400 рублей. Поэтому за сезон можно заработать от 300 до 600 тыс. в зависимости от опыта, понимания, где растет ягода, наличия лодки, чтобы выезжать на острова, и потраченного на это времени. Поэтому многие семьи комбинируют занятие рыбалкой и сбор ягод, сбывают большую часть и живут на эти деньги в несезон.

Несмотря на то, что в 90-е годы здесь значительно сократилось население и количество рабочих мест из-за закрытия ГОКа (горно-обогатительного комбината), сейчас Чупа — активно развивающееся городское поселение. Поэтому то тут, то там появляются новые, более специфические локальные промыслы. Одним из самых ярких примеров можно считать заброску — вид нового, модернового промысла в Карелии. Суть заключается в транспортировке туристов в труднодоступные территории для экскурсий, сплавления на лодках и отдыхе на островах. Цена заброски сильно разнится в зависимости от региона, типа заброски, и времени, но местные отмечают, что это один из видов заработка сейчас.

Так как Чупа — один из центров Северо-Карельского туризма, сюда каждый год приезжает много людей, появилась потребность и в возрождении старых промыслов в новой оболочке. Так, местами возрождения можно считать две институции — Чупинский дом культуры и Дом Творчеств, который подчинен Лоухскому району. Там вместе с детьми чупинцы вспоминают такие культурные практики как поделки из бересты, карельская роспись, танцуют и поют карельские танцы и песни. Пока что ни у ДК, ни у Дома Творчеств не получилось выйти на чупинский рынок и продавать поделки как сувениры, но планы и там, и там есть, поэтому в следующем году я надеюсь приехать и посмотреть, какие произошли изменения.

Таким образом, Чупа в области промыслов сейчас стремительно развивается, и несмотря на этот, по мнению многих, неурожайный год, уверенно держит темпы промысловой жизни. Пока что городскому поселению трудно выйти на рынок, но я уверен, что это всего лишь вопрос времени и предприимчивости местного населения и приезжающих горожан.

 

О частных коллекциях минералов, красоте Белого моря и экспедиционной атмосфере

8 сентября, Михаил Деев, Москва

Чем запомнится Чупа?

Наша поездка завершилась, оставив после себя много полезного исследовательского материала, нерасшифрованных интервью и фотографий. За 2 недели группы от экспедиции посетили 4 биостанции, село Черная Речка, село Кереть, туристический центр «‎Полярный Круг» и шахтерский поселок Малиновая Варакка. Сама же экспедиционная база находилась в Чупе, о ярких впечатлениях от пребывания в которой и будет этот пост.

«Камни живые, я их не обижу»

Любой ответ местных людей на вопрос об истории города начинается с упоминания ГОКа, некогда ставшего градообразующим предприятием и закрытого в 2006 году. Сегодня мало что в облике города напоминает о его горнодобывающем прошлом, но эти следы легко найти в биографиях некоторых жителей — геологов со стажем — и в их быту. Так, у двух респондентов оказались собственные домашние коллекции минералов, которые они с удовольствием показали студентам. Большую часть экспонатов их обладатели находили сами, поэтому для них это не столько украшения для дома, сколько библиотека историй из жизни. Но и эстетическую функцию они выполняют: еще при ГОКе работали камнерезные мастерские, в которых после работы люди могли собственноручно обрабатывать свои находки, вырезать из камней шары или гальку, создавать интересные композиции из нескольких минералов или подсвечники из кернов (правильной формы каменные цилиндры, которые являются результатом взятия геологических проб бурением).

С прекращением работы ГОКа эти мастерские также перестали функционировать. Еще до недавнего времени в Доме творчества дети могли ходить в кружок по обработке камней «Самоцветы‎», но и он закрылся. Теперь, чтобы получить такие профессиональные сувениры, камни отвозят в Апатиты, где горнодобывающая промышленность процветает. Однако несколько лет назад открылась новая камнерезная мастерская при музее «‎Валитов Камень», а значит со временем искусство обработки камня вернется и в Чупу.

«Места, где остаются»

Может быть и необязательно в 1001 раз нахваливать природу Белого моря, но недаром именно для встречи с ней каждый год в Карелию стремятся туристы (впрочем, основной туристический поток проходит до 20-ых чисел августа). Среди ее красот можно выделить особенный северный лес с его соснами, ягодами, живописными валунами, мхами и озерами. Не менее удивительна и морская природа: постоянное нахождение рядом с литоралью приводило в какой-то детский восторг от наблюдения за тем, как меняется уровень воды на протяжении суток, когда днем можно залезть на небольшой валун у самого берега, а к вечеру на месте, где он был, будет лишь водная гладь.

Более интересный сюжет, который может ускользнуть от туристического взгляда, связан с условиями обитания в приливно-отливной зоне, создавшими уникальный биоценоз: организмы-его участники заняли нишу, для жизни в которой нужно приспособиться и к нахождению в воде, и к нахождению на суше. Неудивительно, что литораль так привлекает ученых и что они действительно восхищаются объектами своих исследований.

Сами же участники экспедиции ходили на лесные прогулки, где могли остаться наедине с собой, подумать о своих исследованиях или собрать грибов, любовались нежными закатами с Красных камней — небольших скал у берега Белого моря — откуда открывается панорамный вид залива, неоднократно запечатленный на фотографиях. За две недели в экспедиции ее участники видели коз, белок, ласку, морских зайцев и даже двух белух — настоящий экзотический туризм для московских студентов. Самое же яркое впечатление поездка приберегла на первые дни осени, подарив возможность увидеть северное сияние, многим — впервые.

«Белое море дается сытым»

Теплые воспоминания останутся от Чупы и благодаря той особенной атмосфере экспедиционного быта, которую совместными усилиями создали ее участники. Семинарские занятия и совместные ужины традиционно проходили в мансарде, сделанной из старой большой лодки. На окнах включали подсветку из огоньков, а для обогрева зажигали камин. Регулярно топили баню, после которой достаточно было пройти несколько метров, чтобы нырнуть в Белое море.

Отдельно стоит упомянуть экспедиционную кухню, блюда которой ни разу не повторились. Более того, поощрялись разнообразные кулинарные инициативы. Студенты и преподаватели собирали дары леса и моря. Так, было приготовлено брусничное варенье, суп из семи видов грибов и паэлья с беломорскими мидиями, а до гречки с тушенкой дело так и не дошло.

Таких, казалось бы, мелочей стало достаточно, чтобы студентам захотелось остаться в Чупе подольше или хотя бы обязательно вернуться снова, тем более что у некоторых уже появились идеи для новых исследований. А пока остается расшифровывать интервью, обрабатывать материалы текущих исследований и готовиться к выступлениям на конференции по итогам цикла экспедиций.

 

Об особенностях трудоемкого северо-карельского огородничества

4 сентября, Полина Алейникова, Чупа 

Наша экспедиция подошла к концу, и я хочу поделиться своими небольшими результатами.

Я занималась исследованием огородничества. В Карелии особенно поразительно то, что люди выращивают что-то на огородах, потому что лето тут короткое, зимы холодные, а почва каменистая. Тем не менее, в Чупе много огородов, их даже разбивают у многоквартирных или у частных домов в центре посёлка.

Один из вопросов, которые я задавала, нравится ли людям заниматься на огороде. Все без исключения отвечали положительно. А вот ответы на вопрос, почему они так увлечены огородничеством, различались. Кому-то нравится видеть результаты своего труда. Другим важнее сам процесс. Для них — это особый вид летнего досуга, который противопоставляется, с одной стороны, зимним видам спорта, с другой, «бесцельному шатанию по городу».

Для меня стало открытием, что люди оценивают занятие огородничеством как невыгодное с экономической точки зрения. Я могу это сравнить с ситуацией в Дивногорье, где чаще отмечают, что огород — это источник пищи и доходов в семейном хозяйстве.

Другая интересная особенность, что в Карелии занятие огородничеством — это своего рода способ почтения предков. Как я уже сказала, почва в Карелии каменистая, и чтобы выращивать что-то на земле, нужно вывезти с участка камни и привезти почву. Сегодня у владельцев таких участков одним из мотивов является уважение труда тех, кто облагородил землю, привёз или вывел холодоустойчивые культуры.

Таким образом, подтверждается гипотеза, что огородничество в каждом отдельном регионе имеет свою особую историю и мотивировано сегодня по-разному. Другие выводы я буду озвучивать в рамках конференции по результатам экспедиционного сезона Школы культурологии.

 

Кереть

29 августа, Полина Алейникова, Чупа

Вчерашний день часть группы провела в деревне Кереть. Когда-то тут проходил торговый путь из Поморья в Швецию, основными товарами были соль, жемчуг и слюда. Ещё поселение славится тем, что тут около 1505 года родился Святой Варлаам Керетский.
Однако сегодня деревня выглядит удручающе. Здесь официально прописан всего лишь один человек. Природа отвоёвывает территорию у людей: деревянные дома стоят без обитателей, и можно только предполагать, каким было это поселение раньше, богатым и людным.
Зато сегодня через эту деревню проходит много туристов, кто-то рыбачит в Белом море, кто-то сплавляется по Керети. Некоторые просто останавливаются с палатками, чтобы наслаждаться видом и собирать грибы.
За туристами мы и приехали в Кереть, собрали анкеты, задали интересующие нас вопросы. Они отвечали с интересом, многие воспринимают Белое море как свой дом и возвращаются из года в год. Однако общие настроения такие, что эту территорию приезжающие хотели бы оставить своим секретным местом.

 

Здесь мы чувствуем свободу

29 июля, Михаил Каталов, Черная Речка 

27 июля команда Экспедиции Школы Культурологии спланировала амбициозную вылазку в деревню (на самом деле село) Черная река: одна группа должна была десантироваться и прибыть с официальным визитом на катере ББС МГУ, пройдя путь из Ругозерской губы в губу Черная по Белому морю, но был и второй, партизанский отряд. Четверо студентов-культурологов встали в 5 утра, чтобы проделать путь на электричке из Чупы до станции Узкий, откуда им предстоял марш-бросок длинной в 5 км. Ранний подъем и грамотный заход в село из леса позволили дерзкому отряду молодых и голодных культурологов дойти до пункта назначения гораздо раньше назначенного срока. А если учесть, что цель поездки в Черную реку заключалась во встрече с биологами из МГУ, которые знали о визите четырех культурологов, то у них должен был сложиться пазл, да вот только подъехать должны были именно старшие коллеги. Я, Миша Каталов, был именно в студенческом отряде и в этом посте расскажу вам про это удивительное место, находящееся недалеко от Полярного круга.

Село было основано ещё в 16 веке общими усилиями поморов, которые активно занимались рыбными промыслами. Интересный факт, который рассказал нам Андрей Игоревич Азовский, профессор Биологического факультета МГУ: «хотя село существует уже 500 лет, за это время тектонические плиты поднялись на 5 метров и устье реки со временем пустело, что привело к упадку рыболовецкого потенциала деревни».

Село разделено на две части Черной рекой. В одном конце находится церковь, на другой стороне раньше располагалась почта, но сейчас и то, и другое не функционируют. На данный момент на постоянной основе в селе проживает около 100 человек, половина из них это ученые из Москвы и их друзья, которые занимаются изучением океанологии, ботаники и орнитологии. На зиму же остается всего 9 домов, остальные уезжают из-за сурового климата и невозможности проводить исследования.

Главной движущей силой села являются как раз ученые, которые приехали туда в середине 40-х годов для построения Биостанции и проведения полевых исследований. Сейчас из важных участников общественных процессов можно выделить Бурковского Игоря Васильевича, который занимается изучением структуры и функционирования литоральных сообществ микробентоса Белого моря, и по совместимости активно расширяет биоразнообразие огорода в селе, и Азовского Андрея Игоревича, научный интерес которого сфокусирован на простейших, но он также помогает налаживать контакты села с внешним миром. По словам Андрея Игоревича, если бы в деревне не было бы ученых, она бы уже давно умерла. Ученое сообщество вносит огромный вклад в функционирование деревни: помогает местным жителям в решении логистических проблем и бытовых трудностей, устраивает праздники, а в 2012 году совместными усилиями Никиты Валентовича Кучерука и его жены, Ольги Викторовны Максимовой, научного сотрудника биофака, была выпущена книга к 450-летию существованию села.

Несмотря на то, что деревня утратила свой первоначальный функционал, за счет научного сообщества она получила второе дыхание: люди приезжают и строят в ней дома, общими усилиями занимаются налаживанием инфраструктурных решений. Из ближайших проектов у местных жителей есть план на издание ещё одной книги. Но самое главное — научная работа, о которой ученые говорят с поистине горящими глазами.

Нас очень тепло встретили — накормили вкуснейшей похлебкой из 8 видов грибов и напоили чаем. С 11 утра и до вечера, когда приехала группа наших преподавателей, мы беседовали с учеными об их экспедиционном быте и взаимодействии с местными жителями, а также трудностями, которые возникают при посещении их села туристами. В завершение дня нас отвели к Надежде М. Нифакиной, мастерице, которая изготавливает деревенские куклы. Как говорит сама Надежда Максимовна, для нее «кукла – это действительно душа; они все живые, я с ними разговариваю». Каждый купил себе памятный сувенир. Обдумывая 7 часовую беседу, в компании с псом Дючкой мы отправились обратно в лес к станции Узкий, откуда нас забрала вечерняя электричка, в которой, опрашивая туристов, мы встретили выпускницу соцфака Вышки.

Мы не ожидали такого теплого приема, который нам устроили биологи, и очень им благодарны за этот день. Планируем еще не раз посетить это живописное и насыщенное смыслами место.